1965 (germanych) wrote,
1965
germanych

Кое что о мифах Древней Греции


Фрагмент триптиха Иеронима Босха «Сад земных наслаждений».

В прошлом шутливом посте про наименование немецких танков («пантера» и «тигр»), вдруг возникла небольшая дискуссия на тему того, что мол у Фридриха Ницше и у создателей советских мультфильмов на тему мифов Древней Греции были одни и те же источники.

Меня удивила конечно же сама постановка вопроса. Ибо свидетельствует о том, что многие люди до сих пор не очень хорошо знают, что из себя представляла в XIX веке Германия в качестве, так сказать, базы знаний.

Я отделался шуткой, потому что ну как можно серьёзно обсуждать вопрос о том, что немецкий доктор филологии (Фридрих Ницше) обладал ничуть не большими знаниями о Дионисе (которому посвятил отдельную работу), чем создатель советских мультфильмов на тему мифов Древней Греции (Александра Снежко-Блоцкая). С моей точки зрения смехотворно обсуждать такие несопоставимые величины, как Фридрих Ницше и пусть даже очень талантливая режиссёр мультфильмов.

Однако в ветке обсуждения doc_rw написал следующее: «Не факт, ведь библиотека Ленина и другие советские библиотеки, в годы создания мультфильма, скорее всего имела значительно больше информации на эту тему, чем те библиотеки, которыми пользовался Ницше. Так как и транспортные коммуникации и средства связи и средства хранения информации получили значительное развитие с тех пор. Вы ведь не будете отрицать, что академическая наука в СССР, особенно в части истории религии и научного атеизма пользовались определенным вниманием со стороны советского руководства хотя бы для ведения атеистической пропаганды. Следовательно материалов, посвященных мифам Древней Греции в распоряжении у советских исследователей было достаточно».

Я было захотел ответить коротко – уже серьёзно. Но получилось более пространно, поэтому решил сделать отдельный пост – на случай, если кто-то ругой тоже думает, что библиотека им. Ленина является точно таким же хранилищем знаний о Древней Греции, как библиотеки немецких университетов. Причём ответ вышел несколько далее границ разговора собственно о Древней Греции и её мифов и затронул вообще тему «знания в СССР». Итак.


Что до библиотеки им. Ленина, то на территории нашей страны это безусловно библиотека с самым большим количеством единиц хранения. Однако львиная доля этих книг – это а) книги на русском языки и б) книги, выпущенные в советское время в СССР. А вся история т.н. «древнего мира» покоится на переводных книгах или на работе каких-то российских/советских исследователей в западноевропейских библиотеках. А это, в свою очередь, лишь мизерная толика европейского знания по тем или иным вопросам. И вопрос тут не в коммуникациях.

Приведу отвлечённый пример.

Есть такая книга – «Закат Запада» Освальда Шпенглера. И я даже не буду говорить о том, что в советское время был переведён только 1-й том этой книги (да и тот сразу запретили и убрали в спецхран). Я про другое. Эту книгу читать практически невозможно, имея только багаж советского образования. Шпенглер использует такое обилие культурологической информации, которой, в объёмах данной книги, в советское время обладали разве что люди уровня директора Эрмитажа. Конечно, по каждой отдельной теме, которую обсуждает Шпенглер, в СССР могли быть узкие специалисты, но уже в соседней теме они, что называется «не волокли». Ну, допустим, для советского профессора архитектуры ничего такого особого нового в рассуждениях Шпенглера о готике или древнегреческих храмов наверное не содержалось. Но вот уже в истории музыки или в истории математики этот советский архитектор был «не копенгаген». Или, скажем, конечно были в СССР люди, которые неплохо знали историю древнего Китая, однако вряд ли эти же самые люди так же хорошо знали историю средневековой западноевропейской дипломатии или историю театра. Ну и т.д. и т.п.

А при этом Шпенглер писал не для каких-то выдающихся учёных, а для людей своего круга – то есть обычных образованных людей Европы начала XX века. И обычные европейцы имели такой объём знаний, что легко читали эту книгу и именно поэтому она стала таким бестселлером в Европе. В России книга Шпенглера никогда не была бестселлером и не будет, потому что для её чтения нужна совсем другая система образования – не советская (и уж тем более не современная российская), а классическая европейская. А уж коли кому-то придёт охота читать Шпенглера, то он должен отдельно специально несколько лет изучать кучу разных вопросов в области истории, культуры, архитектуры, музыки, да и математики, кстати. Например когда я первый раз прочитал Шпенглера (это было в конце 80-х по ксерокопии издания 1920-х годов), то ощутил себя полными профаном. Каковым и был, поскольку хотя и изучал историю далеко за пределами школьной программы, был практически полным нулём в вопросах архитектуры, живописи, музыки и много ещё того, чего содержится у Шпенглера. Да что там говорить – я даже читать на древнегреческом не умел, а у Шпенглера (как и вообще немецких мыслителей того периода) – древнегреческий был базой, изучаемой ещё в средней школе.

Но за многие и многие годы я сильно повысил свой образовательный уровень, в результате чего сегодня Шпенглера перечитываю, так сказать, легко и свободно. Но я смог повысить свой образовательный уровень только потому, что после краха СССР было напечатано огромное количество книг, которых в СССР просто не было или они были достоянием исключительно узких специалистов по тем или иным вопросам.

Вопрос тут не в Шпенглере и не в его идеях. А в том, что вот была такая книга, которую в своё время прочитал каждый образованный европеец, поскольку мог прочитать, имея европейские знания. А у нас в стране большинство, кто даже слышал про Шпенглера «Закат Запада» не будет читать, потому что просто банально не обладает необходимым для этого запасом знаний. А без этого просто невозможно понять логику рассуждений автора.

Но вопрос тут про мифы Древней Греции и якобы немыслимые запасы знаний по этому вопросу в библиотеки им.Ленина.

Так вот, что до собственно информации о мифах Древней Греции вообще и Дионисе в частности, то достаточно сказать, что в советское время не было ни одной книги на русском языке, посвящённой Элевсинским мистериям. Только в 90-е вышел перевод книги Дитера Лауэнштайна. А без знания Элевсинских мистерий вообще рассуждать о религиозности древних греков (и о их мифах) – это всё равно что о христианстве судить по методичке советского агитатора. Если вы думаете, что знаете религию древних греков только на основе знания таких имён, как Зевс, Афина, или там Геракл с Прометеем, но ничего не слышали про Элевсинские мистерии – то вынужден вас разочаровать – вы ничего про религию древних греков не знаете (про другие мистерии, типа Самофракийских, даже упоминать не буду).

Это я не к тому, что без Элевсинских мистерий нельзя мультик про Геракла снять, а к тому, что про такую базовую вещь в религии древних греков, как Элевсинские мистерии, в СССР не было книг (хотя конечно отдельные советские специалисты по Древней Греции этот вопрос знали). А вот у Ницше в «Рождении трагедии» эти мистерии упомянуты, то есть он о них знал прекрасно (что вполне естественно, коли он писал про Диониса). Одного этого уже достаточно, чтобы свернуть всякую дискуссию о том, что советский образованный человек якобы имел доступ к точно такому же объёму знаний, что и немецкий профессор филологии.

Но ведь чем-то пользовались в СССР люди, которые хотели узнать о мифах Древней Греции чуть больше, чем об этом писалось в учебнике истории за 5 класс. Сами создатели мультфильмов о Геракле и Прометее чем-то да пользовались?

А создатели советских мультиков по мифам наверняка пользовались книгой Н.А.Куна «Легенды и мифы Древней Греции». Это в самом деле капитальная книга по мифам Древней Греции, выдержавшая несколько изданий. Однако сам-то Николай Кун где-то знаний набрался? Естественно набрался – иначе как бы он такую хорошую книжку написал. А знаний по истории Древнего мира он набирался всё в той же самой Европе. Родился он в 1877 году. И до революции неоднократно выезжал в Европу, даже в Берлинском университете работал. Вот откуда все эти знания для фундаментальной работы Н.А.Куна. Если бы Кун по книгам из ленинской библиотеки писал свои «мифы», то у него не книжка получилась бы, а так – детский лубок (в стиле советских мультфильмов).

Так что уж что-что, а вся история Древнего Мира, которая попадала в какие-то советские книги – это всё из Европы, в частности из Германии бралось. И обратите внимание, что Кун набирался знаний в Берлинском университете в начале XX века. А Ницше умер в 1900 году. То есть они почти современниками были. И хотя «Рождение трагедии» в 1871 году написана, но это ничего не меняет по сути. Ведь и знания, которые в начале века Кун получал в Берлинском университете в 1905 году, в этом самом университете десятилетиями накапливались. К тому же Кун пробыл в Европе довольно недолго и за время своей работы в Европе мог зачерпнуть лишь малую толику тех источников, которыми пользовался и мог пользоваться Ницше. А выше Куна в плане мифов Древней Греции в СССР не было вообще никого (если иметь в виду книгу не для узких профессионалов, а для массового читателя).

Поэтому я уже серьёзно повторюсь – просто смешно утверждать, что якобы у Ницше и у режиссёров советских мультиков были одни и те же источники. Кто владеет темой (а я владею немного), такая постановка вопроса вызывает такое же недоумение, как если бы кто-то сказал, что знания о космосе академик Королёв и ученик 10 класса черпали из одного источника.

И это вообще характерно для очень большого числа людей. Люди не понимают, что почти всё, что имеется в нашей стране по гуманитарным дисциплинам – это всё либо получено напрямую в Европе (за счёт работы в европейских библиотеках), либо получено из книг, написанных европейскими авторами. Ну за исключением истории собственно России, разумеется (в самом широком смысле).

И что касается собственно библиотеки им.Ленина. Для того, кто не работал в ней серьёзно, может создаться впечатление, что там в самом деле есть практически всё. Увы. Это сильно не так. Безусловно, как хранительница книг, выпущенных в СССР, это самое крупное мировое книгохранилище. Проблема только в том, что в СССР по разным направлениям знания книги выпускались крайне неравномерно. Что свои, что переводные. Ну про то, что в СССР не было на русском языке 2-го тома Шпенглера, а тот, который вышел в 20-х, был сразу же упрятан в спецхран – я уже сказал. А остальных его книг вообще никогда не выходило (в России вообще на русском вышло всего две книги Шпенглера – «Закат Европы» и «Пруссачество и социализм», а про остальные почти никто даже не знает). Не было огромного числа книг, которые написали т.н. «реакционеры» – то есть те авторы, которые критично отзывались об СССР или поддерживали те режимы, к которым СССР относился враждебно. Некоторые книги (как пресловутый 1-й том Шпенглера) если выходили в один исторический период, то в другой исторический период могли быть признаны реакционными и спрятаны в спецхран, из которого их могли получить единицы людей и то только по специальным разрешениям.

Но это что касается книг так или иначе связанных с политикой или философией. Но огромная масса изданных на Западе книг не попадали в библиотеку им.Ленина просто потому, что в СССР никто на них не обращал внимания и даже просто не знал про них. Ну, например, для романа «Имя Розы» Умберто Эко проштудировал книгу о лабиринтах Paolo Santarcangeli «Il Libro dei Labirinti». Думаете эта книга есть в Ленинской библиотеке? Напрасное ожидание. Или те же книги про Элевсинские мистерии, которые я упоминал. Их не было. По теме «Наполеона» – очень жалкий набор книг (безусловно очень хороших, как Тарле, но постепенно устаревающих).

Каких-то иностранных авторов печатали, чтобы, так сказать, знакомить советскую общественность, но печатали выборочно и далеко не всё. Например, отца кибернетики Норберта Винера в СССР напечатали несколько работ. Но далеко не всё. Или, например, в конце 80-х, когда во всём развитом мире уже был популярен язык Паскаль, в СССР не было ни одного учебника по Паскалю. Я лично в 1988 году изучал Паскаль по институтской методичке, которую написал один из аспирантов нашего института, изучив его самостоятельно по каким-то иностранным книгам. А вот так чтобы пойти в книжный и купить учебник по Паскалю - увы. Всё что я мог найти, это краткое изложение Алгол-68. И таких примеров, по крайней мере по компьютерам и программированию, можно привести кучу.

По истории вообще, и истории Древнего Мира в СССР (и в Ленинской библиотеке) хороших книг было весьма немного. А новых не было вообще. Это, кстати, характерная черта СССР – в гуманитарной области питаться в основном очень старыми работами. И хотя история Древнего Мира не представляла особой идеологической опасности, но ведь чтобы быть, так сказать, на острие борьбы, советские учёные должны были бы постоянно находиться в контакте со своими западноевропейскими коллегами, ездить на международные симпозиумы, работать в западных библиотеках. Причём это должно было быть массово. Типа любой профессор любого отечественного ВУЗа должен был иметь возможность легко ознакомиться с самыми последними иностранными работами по теме. Но этого не было и быть не могло из-за специфики советской системы. В итоге отечественные работы по тем или иным темам были перепевками старых книг или, в лучшем случае, основывались на журнальных статьях (порой иностранные научные журналы автор мог получить чисто случайно).

Герой фильма «Безымянная звезда» учитель Миррою мог хоть за огромные деньги, но заказать себе нужную книгу из Бухареста. Советский учёный этого не мог сделать в принципе. Весь колоссальный багаж западноевропейского знания в гуманитарной сфере для советских людей был закрыт, порой просто представлял из себя тайну. Ведь нужную книгу надо прочитать, но для начала про неё надо хотя бы узнать. А как узнать про новые интересные книги по темам, если советские учёные не имели возможности просто вот так зайти в книжный магазин в каком-нибудь Берлине или Париже.

Ну а это всё отражалось на библиотеках, в том числе Ленинской. Так что в библиотеке им. Ленина безусловно огромный запас книг по истории России или советской истории. Много книг, мягко говоря, мало кому интересных. А вот хороших книг гуманитарных, даже в сравнении с библиотеками западноевропейских университетов XIX века – увы, мало. Только после 1991 года ситуация начала исправляться и сейчас фонды Ленинки прирастают огромным количеством книг, которые в советское время не могли даже появиться.

А так, если снова вернуться к предыдущему своему шутливому посту и взглянуть на него серьёзно – то было бы забавно посмотреть на того учёного, который в советское время решил бы написать серьёзную работу по культу Диониса. Не говоря уже о том, что на него посмотрели бы, как на ненормального, но и знаний-то по этому вопросу он в советских библиотеках обнаружил не так чтобы очень густо. А в Европу бы его, для работы в тамошних библиотеках, с такой темой вообще никогда не выпустили бы.

Тема «духовной нищеты» советской интеллигенции – вообще отдельного поста заслуживает. «Нищеты» не в смысле низости запросов, а в смысле – ужасной ограниченности в доступе к соответствующим знаниям. То что на Западе было нормой, в СССР – делом случая или везения. В детстве, отрочестве или со стороны (когда человек не интересуется темой, а только «слышал» про неё) могло показаться, что знания по всем вопросам в СССР безграничны. Но как только ты начинал серьёзно заниматься вопросом, то очень скоро обнаруживал крайнюю скудность этих знаний. По любому гуманитарному вопросу. Да, впрочем, и по техническому – это я как человек, который изучает ЭВМ с 1983 года говорю. Хороших книг по архитектуре ЭВМ и по программированию в СССР было мало, они все были на вес золота (программисты друг другу давали «почитать» распечатанные на АПЦ или ксерокопированные книги) и все они были переводами западных или японских авторов. Могу предположить, что в сфере физики или математики дело обстояло точно так же.

Только тот в СССР, кто случайно становился обладателем какой-нибудь фамильной роскошной библиотеки, мог интеллектуально сильно подняться. И, кстати, даже в библиотеку им.Ленина нельзя было записаться любому человеку, как сейчас – записывали только либо научных сотрудников, либо студентов (на ограниченный срок).

Где, интересно, среднестатистический советский человек с высшим образованием мог утолить свои духовные запросы, если они выходили за рамки его специальности? Конечно были какие-то корпорации, которые хранили знание, недоступное «профанам» – художественные круги, театральные и т.п. Ну а вот среднестатистический инженер, которому захотелось узнать побольше о культе Диониса, да хотя бы просто почитать Ницше – ему что делать было? В книжных магазинах он не продавался. В районной библиотеке, в которую он был записан, не было Ницше. Как и информации о Дионисе. Это если он вообще слышал эти имена.

Я вот, например, имя Дионис узнал только из книг Ницше. А самого Ницше почти полностью смог прочитать только после выхода в 1990 году капитального издания с его основными работами, а до этого читал только несколько работ (в первую очередь «Заратустру»), вышедших в конце 80-х в мягком переплёте.

Или вот, скажем, про Льва Гумилёва я узнал случайно в Томске в конце 80-х – в университетской общаге на Фёдора Лыткина, где со студентами истфака и филфака неделями мы предавались алкогольным безумствам. Потом, приехав в Москву, я попытался найти хоть одну книгу Гумилёва хоть где-то. Ха-ха. Не было нигде. Я записался в Историческую публичную библиотеку (в Старосадском переулке). Это было лето. Библиотека была почти пустой. И вот там я нашёл книгу Гумилёва «Этногенез и биосфера Земли». Это было самое первое издание библиотеки Ленинградского университета и был это, собственно, ротапринт с листов, напечатанных на печатной машинке. И я сидел в пустом зале библиотеки и глотал страницу за страницей. Мне повезло, что на одной из пьянок в Томске я услышал про Гумилёва в те, ещё советские времена. Остальные мои сокурсники – да и вообще все знакомые – ничего не слышали про Гумилёва.

Томской общаге я благодарен за многое. Например, однажды в Москву приехали две студентки с истфака, с которыми я познакомился в Томске. Они приехали для научной работы в Ленинке. От них, в частности, я узнал, что Нестор Махно в своё время встречался с Лениным и они даже сделали для меня выписки (вручную! в Ленинке в то время даже ксерокса не было!) книги про беседу Махно и Ленина. Но не это главное. Главное это то, что они привели меня в частную библиотеку. Они там в Томске знали то, чего я в Москве не знал – про некую частную библиотеку, в которой можно было взять ого-го какие книги! Библиотека размещалась в частной квартире в одном из московских спальных районов и, я так полагаю, когда-то это были книжные запасы каких-то диссидентов, но в конце 80-х хранение этих книг уже не было опасным – кстати, что вообще можно сказать о доступе к знаниям в стране, в которой за распространение некоторых книг можно было попасть в тюрьму.

Большая часть книг в той библиотеке была ксерокопированной. Книги выдавали под денежный залог и небольшую абонентскую плату. При желании книгу можно было купить.

Чего там только не было! Аж глаза разбегались. Вот там-то я и взял первый том Шпенглера (про которого прочитал у Гумилёва), ещё 20-х годов выпуска (ксерокопию, естественно). И потом грыз этот том на лекциях в институте, вызывая недоумение окружающих. Но не было бы случайных встреч в Томске, ничего бы я не узнал ни про Гумилёва, ни про Шпенглера, ни про, кстати, Аверинцева, книгу которого по византийской культуре дал мне один томский студент почитать. То есть конечно, сейчас-то это всё легко прочитать – просто купив в книжном магазине. Но в советское время!

Некоторых авторов не то что прочитать – даже узнать про них было невозможно. Когда Борзыкин пел «Твой папа фашист», и мол, «быть может, он просто жесток, быть может, ему не знаком Шопенгауэр», то мы тогда воспринимали этого самого Шопенгауэра, как главного фашистского идеолога. Имя такое мы слышали. Книг – не читали. Нет, Шопенгауэр не был запрещён. Да и за что его запрещать, если он к фашизму не имеет никакого – ну просто ни малейшего – отношения. Однако Борзыкину верили. Хотя, по сути, Борзыкин должен был бы петь: «быть может, он просто жесток, быть может, ему не знаком Шпенглер». Но он имени такого не знал. И никто не знал (ну кроме сотрудников спецхранов, разумеется и пары-тройки человек, которые имели доступ к особым частным библиотекам).

Вот что такое – советские знания и советское образование. Люди в Стране Советов не знали о существовании не просто там какого-то мелкого малоизвестного публициста, не игравшего никакой роли. Нет, Шпенглер – это человек, повлиявший на историю Запада и СССР самым непосредственным образом. Ленин взбесился, когда в РСФСР вышел 1-й том Шпенглера и выслал из страны (см. «философский пароход») всех, кто так или иначе был причастен к переводу и публикации. А Гитлер прямо тёрся одно время около Шпенглера, мечтая заманить его в НСДАП. Освальд Шпенглер был духовным рупором и рулевым целого направления западноевропейской философской и политической мысли, которая в итоге вызвала к жизни такие явления, как движения Муссолини и Гитлера. Какой там к чёрту Шопенгауэр? Шпенглер – это величина в западной политической и культурологической мысли уж никак не меньшая, чем Маркс с Энгельсом. Это целое явление мирового масштаба. А в СССР про Шпенглера знали лишь единицы. Это называется хорошее образование и обширные знания?

Ну а про Рудольфа Юнга кто-нибудь в СССР слышал? Ну единичные проверенные историки конечно слышали. А масса населения, причём даже населения с высшим образованием слышали? Нет. А это странно. Ведь Рудольф Юнг для национал-социализма (и для Гитлера) был тем же, чем Карл Маркс был для коммунизма и Ленина. Странно, не правда ли, что в стране, в которой все кичились, что она «самая читающая», это имя знали лишь единицы. Кстати, в Википедии есть страница «Рудольф Юнг» – так вот она описывает биографию совершенно другого человека, который ни к национал-социализму, ни к Гитлеру никакого отношения не имел. Но при этом на этой странице в разделе любопытных фактов имеется такая сентенция: «Именно Юнг убедил Адольфа Гитлера назвать новую партию НСДАП». Ага, Юнг. Да не тот. Это всё равно как на странице про популярных американских комиков братьев Маркс написать: «Именно учение братьев Маркс положил Ленин в основу своей политчиеской деятельности».

Вот вам – последствия советской системы образования, обширного доступа к знанию и советских библиотек, в которых «есть очень многое».

Ну ладно, бон с ним с Гитлером, Лениным, Шопенгауэром и Шпенглером. Это все история, то есть гуманитарные науки. А в технических думаете было сильно лучше? Местами может и лучше. А местами – ничуть не лучше.

Могу, например, рассказать, сколько времени я потратил в издательстве «Правда» на печать на матричном принтере книги «Архитектура IBM PC» – это был 1989 год. Книга вышла на русском, но маленьким тиражом и моментально стала редкостью. И вот кто-то – это в самом деле был подвиг! – вручную набрал текст этой книги (сканеров с распознаванием текста тогда в СССР и не видывали). Это толстенная книга и я даже представить боюсь, сколько времени у этого неведомого героя ушло на набор текста этой книги. Особенно если учесть, что дома тогда компьютеров никто не имел и, значит, человек мог набирать текст только на работе. А IBM PC были тогда в единичных экземплярах (да и то мало где они ещё были в конце 80-х), а, стало быть, днём эта IBM PC была загружена работой и набирать текст человек мог только ночью – сотни страниц текста! Вот на какие героические поступки толкала людей советская система доступности знания и книг. Технических книг, замечу! В СССР персональных компьютеров-то в конце 80-х было раз, два и обчёлся. А книг ещё меньше. О какой конкуренции с Западом вообще могла идти речь, если уже вроде получше стало с книгами (то есть многие запреты сняли), а всё равно хорошие технические книги можно было получить в основном только вот эдак, на дискете. А сама 5-дюймовая дискета, кстати, тогда стоила 10 рублей (причём только «с рук» – в магазине их, само собой, не было). Это непонятно какого производителя. А BASF по моему до четвертака доходила. Первой дискетой меня, кстати, наградили за ударную работу летом в приёмной комиссии родного института. У меня появилась своя личная дискета!

Что вы вообще можете знать о жизни в СССР, если никогда не ощущали той безумной радости от того, что в 1988 году стал обладателем первой в свой жизни 5-дюймоволй дискеты. А это ведь тоже вопрос, со знаниями связанный самым непосредственным образом.

Хотя, у кого были деньги и связи, конечно до известной степени мог утолять интеллектуальный голод. Например, у моего однокурсника был школьный друг (бывший школьный, ныне, увы, покойный), отцом которого был всемирно известный фотограф Вадим Гиппенрейтер. И я тоже у них в квартире на Ленинском проспекте бывал не раз. Вот там весь книжный шкаф был уставлен альбомами по искусству – и выпущенными в СССР, и заграничными. Там я впервые, кстати, увидел картины Дали (фоторепродукции, естественно), о которых до этого только слышал. Книжка была иностранной. Как была иностранной и книжка репродукций работ Boris Valejio, которую я увидел в другой квартире (тоже, кстати, на Ленинском проспекте – в тех домах «простые» люди не жили). Книжка тоже была иностранной и у меня с другом, когда мы взяли её в руки и начали листать, челюсть отвалилась. Сейчас-то это конечно выглядит, мягко говоря, не как самое высокое искусство. Но тогда, в конце 80-х!

Да что там говорить, если в советское время (я ещё в школе учился) чуть ли не культовой была книга советского автора (не помню имя, вроде Кукаркин) «Этимология буржуазной массовой культуры» (опять же, если не путаю точное название) – там была естественно критика западного образа жизни, но и содержалось краткое изложение содержания некоторых западных фильмов (например, «The Exorcist») и было несколько цветных репродукций западных постеров и даже – даже! – репродукция картины «Сад земных наслаждений» Босха. До определённого момента эта книга была для меня главным путеводителем по Босху.

А ещё мне как-то на день рождение, как огромное сокровище (и она таковой была в самом деле) подарили книгу про Ренуара с обилием цветных репродукций. Только благодаря этой книге в подростковом возрасте я узнал про такое явление, как импрессионизм. А до этого я (как и львиная доля советских людей) про импрессионизм мог узнать только из фильма «Старики-разбойники», да и то не понимая ряда реплик героев. Не спорю, причастные конечно это всё хорошо знали. Но я не был причастным. У меня не было папы – всемирно известного фотографа, моя мама не была сотрудником Эрмитажа или, на худой конец, музея имени Пушкина. Среди моих знакомых не было потомственных профессоров с дореволюционными (каким-то чудом уцелевшими) библиотеками. Я был самым обыкновенным советским подростком, которому была интересна история и искусство, но в окружающем общедоступном пространстве, просто вот так в библиотеке или книжном магазине, я свою жажду утолить не мог даже минимально. Когда я был совсем маленьким, я, зная алгоритмы советской жизни, регулярно ходило в Дом игрушки, в надежде, что иногда «выбросят» что-то хорошее. Когда я стал подростком, я так же регулярно посещал Дом книги на проспекте Калинина. Так что не надо мне «ля-ля» про обилие книг в СССР. Книги типа «Парторги военной поры» – это да, сколько угодно. «Малая земля» выдающегося писателя Л.И.Брежнева – милости просим в любом магазине. «Наполеон» Тарле? Что? Смеётесь? Вы ещё попросите набор репродукций Сальвадора Дали.

Не хочу сказать, альбомов по искусству вообще не было. В Ленинке были наверное (изданные в СССР). Был в Доме книги Калининском на первом этаже отдел, где продавались альбомы по искусству – цена самой дешёвой начиналась где-то от 25 рублей, а некоторые чуть не до 200 рублей доходили. На старом Арбате был магазин «Искусство», в котором продавались репродукции старинных полотен (из Эрмитажа) и книжки на иностранных языках (книга про Эрмитаж на немецком языке у меня до сих пор сохранилась). Но в целом, скажу, как человек, который интересовался историей вообще и историей культуры в частности чуть не с 1-го класса – духовный дефицит в СССР был в разы страшнее продуктового.

В общем, тему можно продолжать бесконечно. Но повторюсь, то что для советского человека в сфере доступа именно к духовной (а не колбасной) пище было небывалой удачей – родители ездят за границу или от предков осталась какая-то небывало богатая библиотека, либо, наконец, ты просто был вхож в какие-то узкие круги, имеющие доступ к знаниям – то для западного человека было обыденностью. Западный человек мог спокойно зайти в книжный и рыться в безбрежных залежах книг на любую тему. Советский ездил в книжный «на всякий случай» – потому что если вдруг (вдруг!) «выкинут» хорошую книгу (как правило, переводную), её сметали почти моментально. Чаще всего, если от знакомых слышал «вчера на Калининском продавали такую-то книгу», то быстрее нёсся туда и – увы – чаще всего приходил к разбитому корыту, когда книги уже и след простыл. И это я не про фантастику говорю (типа Стругацких, обладание которыми само по себе было фантастикой), а про научные или научно-популярные книги.

Только в СССР мог устояться стереотип восприятия хорошей/плохой книги: если нет в продаже (когда знаешь, что она точно в СССР печаталась) – значит хорошая, а если в любое время можно купить – значит плохая.

И предлагаю задуматься вот ещё над чем – только в стране с невероятным дефицитом на хорошую Книгу мог родиться лозунг: «Книга – лучший подарок».

И это в самом деле так. Никакие американские джинсы не могли доставить советскому образованному человеку такой радости, как преподнесённая в подарок хорошая книга. А по нынешним меркам книги-то эти, вызывающие экстаз – ничем таким уж особенным не были. Не какие-то там редкие издания. Чаще всего – весьма обыденные издания. Пересмотрите (если есть возможность) советские выпуски «Что? Где? Когда?» и уделите внимание тому, какие книги там преподносятся, как нечто просто неимоверно великолепное. Сейчас такие книги на том же Новом Арбате купить проблем нет. И ажиотажа нет.

Поэтому мне смешно сейчас читать про какие-то невиданные обширные знания советских времён, доступные каждому советскому человеку. Ребёнку – да, доступные в СССР знания могли показаться безбрежными. Но как только он, подобно мне, начинал интересоваться чем-то и чуть ли не каждую неделю ездить «на всякий случай» в Дом книги на Калининском проспекте и ходить по библиотекам в поисках нужного – то быстро понимал, насколько мало знаний доступно обычному советскому человеку. Отсутствие красивых солдатиков или модной одежды в магазине – это в общем-то можно перетерпеть (особенно когда все так живут). Но что делать, когда ты не можешь утолить жажду знаний, а под видом знаний тебе потчуют какими-то отвратительными суррогатами? И только благодаря «гнусному Горбачёву» в конце 80-х духовный голод на хорошие книги (в самом широком смысле) стал кое-как потихоньку удовлетворяться.

Ну а уж сравнивать советского человека с его знаниями и Ницше – это уж, простите.

Не говоря уже о том, что Ницше и не нужно было для получения знаний о Древней Греции что-либо ещё, кроме источников – он на древнегреческом читал, как на родном. А много ли советских людей не то что понимали древнегреческий, а хотя бы алфавит знали полностью?

Вот то-то.

Ну ладно. Что-то с количеством букв сильно перебрал сегодня. Просто тема сильно зацепила.
Tags: Искусствоведение, История, Книги, Книговедение, Совдепия
Subscribe
promo germanych may 14, 22:33 434
Buy for 100 tokens
На фото: Кадр из фильма «Иван Васильевич меняет профессию», 1972 год. Помнится на юбилей прибытия из прошлого в наше настоящее доктора Эммета Брауна и Марти Макфлая я написал текст, в котором сравнил два фантастических фильма, вышедших одновременно: американский…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 140 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →