1965 (germanych) wrote,
1965
germanych

Куликовская битва


Когда я так сказать набирался политического опыта в стенах Госдумы в 90-х годах, свела меня судьба с одним человеком. Довольно своеобразным; масштабным, я бы сказал. В своё время был он режиссёром в МХАТе, помощником Ефремова. Но не только. На его счету режиссура открытия Игр доброй воли в Москве в 1986 году. Он же поставил памятник Достоевскому в фамильном имении Достоевских, а также приложил руку к установке памятника на могиле Высоцкого. Он же был организатором работ по реставрации надгробия Вагнера (по приглашению немецких товарищей). Не оставил в стороне и сооружение Храма Христа Спасителя. О чём свидетельствовал стоявший в его квартире небольшой колокол (размером со старый трубочный телевизор), отлитый специально для него с дарственной надпись от Патриарха. В общем, масштабная личность. С огромным количеством знакомств в среде как нынешних, так и бывших сильных мира сего.

Так вот. Не все его масштабные начинания оканчивались победой. Был он сторонником той идеи, что русская история не получает в советском государстве должного правильного освещения. И пришла ему однажды в голову мысль устроить пышные празднества по случаю 600-летия Куликовской битвы. Если кто не помнит, битва эта произошла в 1380 году. А её 600-летие пришлось аккурат на 1980-й год – год Олимпиады-80.

Вы слышали что-нибудь про Олимпиаду-80? Ну ещё бы! Конечно слышали. А про праздничные мероприятия в связи с 600-летием Куликовской битвы слышали? И не услышите. Потому что их не было. Советское государство как бы не заметило этой даты. И вовсе не потому, что про неё все забыли. Напротив, мой знакомый куда только не обращался в этой связи. Он мне рассказывал свои идеи на этот счёт – очень помпезно и величественно. Связей у него было море, мог дойти очень высоко. И доходил. В ЦК КПСС. Однако понимания не нашёл. И дело вовсе не в том, что в связи с Олимпиадой-80 всем было как-то не до каких-либо ещё мероприятий. Дело оказалось в другом. Моему знакомому в ЦК очень прозрачно намекнули, что событие это – Куликовская битва – безусловно является важным событием истории, что все его по своему чтят и что в школах в учебнике «История СССР» для 4 класса есть даже соответствующий раздел, в котором всё написано: и про Пересвета с Челубеем, и про Дмитрия Донского с Мамаем, так его и эдак. И что каждый патриот должен помнить про эту битву. Но вот устраивать в честь пусть даже 600-летия этой битвы какие-то пафосные шумные торжества незачем. Не целесообразно.

Почему нецелесообразно? Моему знакомому объяснили в итоге. Мол, если для русских людей эта битва является предметом национальной гордости и всё такое, то есть люди и другой национальности, которым эту битву вспоминать не хочется, поскольку она для них вроде как сердечная рана и вообще повод для печали. Так что не надо, не стоит будоражить старые раны и обиды в нашей дружной семье советских народов. Вообще, при коммунистах национальные чувства братских народов всегда котировались выше, чем национальные чувства русских. И всегда, когда на одну чашу весов клались русские национальные чувства, а на другую национальные чувства братских народов с Востока, вторая чаша всегда перевешивала. Русские, они что же, они перебьются с празднованием 600-летия одной из самых славных своих битв. Главное, чтобы в Казани, или там, в Алма-Ате, всё было спокойно.

Так что мой знакомый частным порядком с небольшим кругом лиц (один был даже какой-то шишкой из ЦК), выехали на Куликовское поле и просто у машины попили водочки. Так сказать, для души. Отпраздновали 600-летие Куликовской битвы.

Вспомнился мне этот случай вчера, когда случайно на откидном календаре я увидел запись о том, что 21 сентября 1320 года состоялась Куликовская битва, в которой… ну и так далее. Что? Нет, я не описался. В календаре стоял именно 1320 год. Вот так вот. Это к слову, об исторической памяти. А вот товарищи в Казани, или там в Алма-Ате, наверняка точно помнят все славные страницы своей национальной истории и отмечают их с должным размахом. А порой даже с таким размахом, который ничуть не соответствует значимости того или иного события.

Это вообще была такая интересная особенность советской историографии, которая плавно перекочевала в современную, постсоветскую. А именно: все войны и столкновения России с европейскими народами превозносятся и раздуваются; все столкновения России с восточными или южными соседями либо замалчиваются, либо о них говорится с лёгким оттенком стыдливости, мол, да, это мы того, не того, не этого.

А почему, собственно, одни войны – с Европой – это вроде как правильные и важные войны (в самом деле важные, кто же спорит), а вот войны в Азией – они неправильные и постыдные. Почему нельзя с гордостью помянуть Куликовскую битву или там присоединение Кавказа, или походы в Средней Азии? Почему в угоду каким-то представителям каких-то народов забвению должны предаваться целые страницы русской истории? Более того, почему официальная историография – как советская, так и нынешняя – усиленно создаёт ощущение, что Россия и русский народ воевали в основном только с Европой и Западом. То есть встраивается простенький такой и понятненький вектор: главный враг России – Запад, а Азия – это дружественные сюси-пуси.

Если взять типового кондового советского патриота из бывших военных, то он с упоением будет говорить про Великую отечественную (ну это понятно), хорошо знает и гордится войнами с Наполеоном, Ледовое побоище для него просто именины сердца; он скорее смутно, чем реально знает историю Смутного времени, но всё равно радуется, что «всыпали мы полякам». А вот про все войны с восточными народами он если и знает, то отзывается о них, как о «царских грехах», воспринимая их исключительно в свете коммунистического понимания «колониальных войн, которые вёл царизм на Кавказе и в Средней Азии». Эта тема со времён СССР была не очень правильной. Ну её в задницу. Победы замолчать, имена забыть. Если имя Ермолова ещё знают (причём исключительно как генерала войны с французами), то, например, имя Константина Кауфмана вообще для большинства русских неизвестно. И даже в современности. Например, Афганская война (80-е года) хотя и велась прежде всего против представителей афганского народа (т.н. мятежников), но агитпроп подавал её скорее как войну с США (с Западом). Ибо такая установка: с Западом воевать – это правильно, с Востоком – неправильно и постыдно (Востоку можно только интернациональную помощь оказывать).

И всё боязнь не задеть чьи-то национальные чувства. А почему, собственно, гордость военными достижениями своих предков обязательно задевает чьи-то национальные чувства? Я, например, про то, как русские штурмовали Самарканд, впервые узнал в 1990 году от узбека в Самарканде. И рассказывал он это весьма уважительно, с пиететом; а также о том, как после штурма войска Кауфмана никак не вмешивались в жизнь туземцев и не указывали, как им организовывать свою жизнь (в отличие от коммунистов в 20-30-х годах, которые в туземную жизнь вмешивались по полной). То есть национальные чувства этого самаркандского узбека Кауфман и политика России в Средней Азии в XIX веке никак не задевали. Точно также как меня, кстати, не задевало то, что он городился тем, что Самарканд был когда-то столицей Тамерлана, который, кстати, вскорости после Куликовской битвы сжёг Елец и чуть не сжёг Москву.

Возвращаясь к Куликовской битве. Вот недавно ввели такой государственный праздник – 4 ноября, день изгнания поляков из Москвы. Нет, спору нет, то, что поляков изгнали из Москвы – это правильно. Однако же значимость этого события в русской истории явно уступает значимости Куликовской битвы. Ведь если поляки, собственно, просто поддержали штыками царя-самозванца, то есть никоим образом не угрожали русской государственности как таковой, но лишь пытались сменить династию на русском троне, то совсем иное дело было в 1380 году. После Куликовской битвы, собственно, Московское княжество стало реально независимым (пусть формально зависимость длилась до Ивана III), и, по меткому выражению Гумилёва: «суздальцы, владимирцы, ростовцы, псковичи пошли сражаться на Куликовское поле как представители своих княжеств, но вернулись оттуда русскими, хотя и живущими в разных городах». То есть, строго говоря, можно сказать, что Куликовская битва стала отправной точкой появления русского народа как такового. Да и Московское княжество из просто княжества превратилось в точку сборки будущего единого государства тоже именно после Куликовской битвы.

То есть уж по любому 21 сентября 1380 году гораздо важнее для истории России, чем 4 ноября 1612 года. Так почему бы не сделать государственным праздником именно день Куликовской битвы? Но нет, это «задевает национальные чувства братских народов». А польский народ – он не братский, его национальные чувства можно задевать по самое не хочу. Да ещё и сверх того. Отсюда и странный праздник 4 ноября.

В общем, вот как-то так. Так что по любому сегодня 630 лет со дня Куликовской битвы, то есть со дня разгрома мамаевых войск (подкреплённых, кстати, генуэзской пехотой). С чем я и поздравляю всех, для кого это событие в самом деле что-то значит. При этом, конечно, я понимаю, что для большинства людей эта битва не значит ровным счётом ничего. Увы.
Tags: История
Subscribe
promo germanych april 16, 2009 04:09
Buy for 100 tokens
Что-то давно я не выкладывал фотогалерей. А судя по небольшому ажиотажу вокруг моей Фотогалереи «30 лет СССР через фотообъектив», смотреть даже посредственные фотографии подчас интереснее, чем читать даже самые расчудесные тексты. Фотографий из жизни СССР много. Но большая их часть…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 219 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →