1965 (germanych) wrote,
1965
germanych

Командировка в капстрану


На днях в редакции одного журнала стал случайным свидетелем такого диалога (да простят меня авторы диалога):

– Ну что, поедем в Мюнхен?
– В Мюнхен? Да ну его. Это снова надо будет по 20 км в день нарезать и смотреть на всяких роботов. А потом ещё об этом писать надо будет.
– Так что, значит не поедем?
– Не, не поедем. Ну его. Лучше отдохнём немного, а то я что-то устал от этих загранкомандировок.

Нередко приходится читать, что нынешняя Россия – это почти тот же самый Совдеп. Так вот, уважаемые, в Совдепе такого диалога не могло бы состояться в принципе. Никогда и ни при каких обстоятельствах. И дело даже не в том, что из СССР никто и никогда не ездил в Мюнхен. Ездили, хотя и единицы, но ездили. Но сам факт того, что сегодня на поездку в Мюнхен журналист смотрит, как на рутину, которая его не то что не радует, а скорее воспринимается, как уже надоевшее мероприятие – вот этого в Совдепе быть не могло.

В СССР на загранкомандировки, тем более в капстраны, люди смотрели как на манну небесную, как на что-то, во имя чего стоит жить. Я уже неоднократно упоминал, что система дефицита давала возможность советской системе выстроить изощрённую систему поощрений. Например, передовик производства был счастлив, если ему вместе с грамотой вручали какой-нибудь продовольственный дефицит, типа копчёной колбасы и килограмма мандарин. Чем выше находился человек в социальной иерархии Совдепа, тем поощрения становились изощрённее. Соответственно, изощрённее были и наказания, ибо в стране тотального дефицита, наказанием было уже то, что человек отрешался от кормушки. Это наиболее наглядно проявлялось с загранкомандировками в капстраны.

А кто вообще ездил в эти командировки? В страны соцлагеря (кстати, словечко-то какое придумали – соцлагерь): Польша, Румыния, Болгария, Венгрия, Чехословакия, ГДР – простой советский человек теоретически мог попасть. Для этого надо было купить туристическую путёвку. Путёвки стоили дорого и купить их было не так просто (они ведь тоже были дефицитом), но всё же теоретически эта возможность существовала. К тому же те, кто уезжал по турпутёвке, потом свои деньги «отбивал» – он покупал в соцстранах те товары – преимущественно одежду, которые в СССР были дефицитом и перепродавал дома по спекулятивным ценам.

Но это соцстраны. А вот капстраны – то есть весь остальной мир – советский человек самостоятельно посетить не мог. Никаких там отпусков в Турции или Египте. Единственной возможностью попасть в капстрану для советского человека была загранкомандировка. Соответственно, для этого надо было работать на такой работе, с которой люди могли быть отправлены в загранкомандировку. Устроиться на такую работу можно было только по блату. В Совдепе всё, что было связано с доступом к дефициту, тут же становилось зоной отношений «ты – мне, я – тебе», т.е. блата.

Все страны с точки зрения доступа к дефициту, для советского человека делились на три группы. К первой, наименее престижной группе относились уже упомянутые соцстраны. Вторую группу составляли т.н. развивающиеся страны или страны Третьего мира (арабские страны, африканские и т.п.). Наконец третья, самая престижная группа – это развитые капстраны.

Внутри каждой группы существовала своя неформальная градация. Например, среди соцстран наиболее престижными считались Венгрия и ГДР. А Монголия, скажем, вообще считалась «Шестнадцатой республикой СССР». Даже был род злой шутки: «чтоб тебя в загранкомандировку в Монголию отправили». Куба формально относилась к первой группе (шла по социалистическому пути), но стояла как-то особняком и котировалась высоко. Видимо из-за наличия океана и остатков инфраструктуры развлечений, оставшихся с докастровых времён.

Третья группа тоже делилась. Самыми престижными в этой группе были европейские страны, особенно ФРГ, Англия, Франция. Ну а на верху пирамиды престижных стран стояли США. Конечно, совпаты (советские патриоты, они же, совки, они же – совко-психопаты) сейчас в одну глотку заорут, что в СССР все ненавидели США и нисколько эта страна не была престижной. Ну совпаты – это особый случай из области психиатрии. А вообще, если кто хочет узнать правду, то может спросить у родителей: насколько высоко в СССР котировались вещи с маленькой биркой «made in USA». Это сейчас США фактически уже перестала делать что-то стоящее, а в 70-х годах американская промышленность была ого-го. Ну или можно спросить любого, кто в те времена ездил в загранкомандировки, например какого-нибудь журналиста международника: вы бы куда предпочли поехать – в Аргентину или США?

Ну в общем ладно, не суть. Факт есть факт – загранкомандировки для советских людей были очень лакомым куском и в них люди стремились.

По какому же поводу люди ездили в загранкомандировки? Да по такому же поводу, что и сейчас. СССР был страной с очень большим объёмом внешней торговли. Соответственно, постоянно шли какие-то переговоры, в том числе и заграницей. Советские специалисты ездили в те страны, куда поставлялось советское оборудование и т.д. При этом советская внешнеторговая деятельность чётко разграничивалась: в соцстраны, страны третьего мира и недоразвитые страны советское оборудование и техника поставлялось, а в развитых капстранах товары и техника закупалась. Иначе говоря, экспорт шёл в те страны, которые стояли ниже по уровню промышленного развития, чем СССР (соцлагерь и третий мир), а импорт поступал оттуда, где промышленность и экономика были развиты лучше, чем в СССР (капстраны).

Собственно, уже на основе анализа советского импорта и экспорта можно сделать простой вывод: СССР был самой развитой страной, если сравнивать её с соцстранами и странами Третьего мира и самой неразвитой, если сравнивать её с европейскими капстранами и США. Увы и ах. Но это факт. Железный. И от него никуда не деться. Скажем, СССР огромным потоком гнал на экспорт КРАЗы и т.п. тяжёлую технику. Закупали её арабы и Африка. Почему? Потому что основное качество – надёжность и перевозка тяжёлых грузов в разных метеоусловиях, у КРАЗов было очень высоким. А то, что по комфорту они сильно уступали западным аналогам, так и цена у них была значительно ниже. То есть СССР на внешнем рынке вовсю демпинговал. Примерно как сейчас Китай. Впрочем, внешнеторговая деятельность СССР – это отдельная тема.

А мы сейчас говорим про загранкомандировки. Понятно, что вся эта внешнеэкономическая деятельность вызвала довольно интенсивное перемещение советских специалистов за рубеж. Но фишка была в том, что если с соцстранами и странами третьего мира торговые отношения СССР были очень значительными, то с капстранами всё было ровно наоборот. Если в Италии или Финляндии СССР ещё что-то типа женских сапог или салями закупал, то с Англией и США практически никаких экономических отношений не было. И туда ездили почти исключительно только журналисты, участники разных ансамблей песен и плясок, балетов, ну и сотрудники посольств, разумеется.

Вернёмся к Мюнхену. К Мюнхену в СССР всегда было отношение несколько враждебное, как к городу, в котором появилась НСДАП. Это было настолько иррациональная неприязнь, что даже заслоняла тот факт, что в Мюнхене был выпущен первый номер газеты «Искра». И вообще, к ФРГ отношение было настороженное. Во многом это было связано с тем, чтобы не обидеть «коллег из ГДР». Ибо если бы в 70-х годах XX века на планете Земля проводился конкурс на самых лютых политических взаимных ненавистников, то Гран-при взяли бы скорее всего не СССР и США, а ГДР и ФРГ.

Кто мог в 70-е года поехать в Мюнхен? Собственно, либо спортсмены на Олимпиаду, либо журналист-международник.

Журналист-международник в негласной табели престижных советских профессий был почти небожителем. Ибо мог ездить в капстраны и перемещаться там сравнительно свободно. Да ещё встречаться с разными интересными людьми. Например, Генрих Боровик встречался даже с самим Отто Скорцени. Что говорит о том, что журналисты-международники пользовались очень большой свободой. Почти как разведчики (а частично ими и были). Но это же говорит и о том, что они были очень благонадёжными. Вообще, благонадёжность – это было вторым по важности качеством (после квалификации), которое влияло на возможность выезда в загранкомандировку.

Поскольку загранкомандировки были в том числе средством получить супердефицитные товары из капстран, битвы за право попасть в загранкомандировку были нешуточные. В ход пускалось всё, включая доносы по поводу неблагонадёжности. Чтобы навсегда распрощаться с мыслью о загранкомандировке, достаточно было просто неверно интерпретировать последнюю «политику партии». И всё. Человек уже никуда не поедет. Кстати, этим тоже РФ никаким боком на СССР не похожа. Нынешним молодым людям, которые от души чешут в хвост и в гриву правительство и президента, даже представить невозможно, что в СССР для того, чтобы поломать себе карьеру, достаточно было не то что сказать публично что-то плохое про Брежнева, но даже усомниться в верности коммунистической идеологии. И всё.

Тут, впрочем, надо сделать одно разъяснение. Поскольку в СССР разные профессии и работы тоже котировались по престижности, то и степень дозволенности критики Совдепа был разный для разных социальных слоёв. Какой-нибудь быдлоид из серии «руки в масле, жопа в мыле – мы работаем на ЗИЛе», который смотрел на мир через зелёное стекло бутылки портвейна, запросто мог послать на три буквы секретаря парткома, который просил его остаться поработать сверх плана в пользу голодающих Камбоджи. Да ещё мог что-нибудь нелицеприятно про коммунистов сказать. И ничего бы ему за это не было, поскольку при Брежневе за такие слова уже в тюрьму не сажали, а что с ним ещё сделать? Уволить? По какой статье? За антисоветскую агитацию? Но это было тяжело, ибо парторгу бы по шапке надавали, как это так на его заводе рабочие – рабочие! – занимаются антисоветской агитацией. К тому же, поскольку автоматизация советского производства была очень низкой, а роботизация вообще была почти фантастикой, заводам требовалось очень большое количество рабочих. Отсюда и постоянный дефицит рабочих рук. Так что за рабочих, пусть даже алкашей, пусть даже и не сильно любящих советскую власть, держались. Это был тот случай, когда интересы экономики вступали в противоречие с интересами идеологии и интересы экономики побеждали.

Совсем другое дело инженер того же завода. Инженер себе таких вольностей в сторону коммунистов уже позволить не мог. Ибо его-то как раз уволить могли, да ещё с плохой характеристикой и испортить дальнейшую карьеру. А если этот инженер ещё работал в отделе, из которого теоретически могли послать в загранкомандировку (в какую-нибудь Буркина-Фасо), то этот инженер из кожи вон лез, чтобы доказать всем, насколько он полно разделяет последние решения какого-нибудь Пленума ЦК КПСС и как стремится эти решения претворить в жизнь. Да ещё, для увеличения шансов на загранкомандировку, инженер мог ещё в КПСС вступить.

Ну а что до журналиста, то это вообще должен был быть ходячий набор пластинок речей Генсека. Журналист, чтобы иметь возможность поехать в загранкомандировку, особенно в капстрану, должен был во-первых, быть абсолютно лоялен коммунистической идеологии, а во-вторых, сам быть настолько стопроцентным коммунистом, что этот коммунизм должен у него был из всех пор вместо пота сочится.

Ну и уж конечно, никаких там «что-то я устал от Мюнхена» в СССР в принципе быть не могло. Ибо, во-первых, как я уже объяснил, любой советский человек с радостью готов был на любую загранкомандировку куда угодно, а во-вторых, «Устал от Мюнхена? Зазнался значит, значит поедет другой, а ты теперь вряд ли куда вообще поедешь».

Вот такие обстояли дела в СССР с поездками за рубеж.
Tags: Совдепия
Subscribe
promo germanych april 16, 2009 04:09
Buy for 100 tokens
Что-то давно я не выкладывал фотогалерей. А судя по небольшому ажиотажу вокруг моей Фотогалереи «30 лет СССР через фотообъектив», смотреть даже посредственные фотографии подчас интереснее, чем читать даже самые расчудесные тексты. Фотографий из жизни СССР много. Но большая их часть…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 210 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →